В канун Дня народного единства духовные лидеры, входящие в Межрелигиозный совет России, ответили на вопросы журналистов

2 ноября 2005 года в Российском информационном агентстве «Новости» состоялась пресс-конференция на тему «День народного единства: диалог конфессий».

С российским и иностранными журналистами в Пресс-центре на Зубовском бульваре встретились представители традиционных конфессий России — председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, Главный раввин России, председатель Объединения раввинов стран СНГ Берл Лазар, заместитель председателя Духовного управления мусульман Европейской части России Харис Хазрат Саубянов.

Пресс-конференцию вела Екатерина Антипова, задавшая гостям первый вопрос:

— Какое будущее, по Вашему мнению, ждет новый праздник? Найдет ли он отклик в сердце народа?

Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата:

— Тот факт, что до сих пор День народного единства не праздновался, свидетельствует об утрате исторической памяти нашего народа, о том селективном подходе к истории, который имел место в советское время и о том, что, к сожалению, многие важные эпохальные события прошлого не входят в мир духовной культуры человека XXI века. Это печально, ибо когда прерывается нить традиции, когда разрывается и пресекается течение исторического времени, то неизбежно подрываются и основы того, что мы можем называть национальным и культурным самосознанием нации.

Тот факт, что событие давно прошедшего времени сегодня положено в основу национального праздника, свидетельствует о желании нашего народа восстановить эту связь времен. Тем более, что сам этот праздник или, точнее, событие, в честь которого праздник установлен, имело действительно эпохальное значение для жизни страны. Это день победы, день незаслуженно преданной забвению победы. Если сравнивать этот день с днем 9 мая 1945 года, то это — равнозначные события. В каком-то смысле события, предшествовавшие 4 ноября 1612 года, были даже еще более опасны для исторического бытия России, чем фашистское нашествие. Ведь войскам вермахта не удалось войти в Москву, а Гитлер не сел на место Сталина. Тогда как национально-духовное сопротивление в XVII веке было вызвано к жизни тем, что Москва как столица государства пала под напором иностранной интервенции, и на троне русских государей был готов воссесть наследник чужого королевского дома. Были полностью разрушены целостность национальной жизни и вся вертикаль власти, в стране не существовало структуры власти вообще. Значительная часть тогдашней политической элиты приняла чужеземную оккупацию и работала в пользу интервентов. Общую ситуацию характеризовали всеобщее брожение умов, полная утрата ценностных ориентиров, забвение того, что есть для человека Родина, родная земля. Ибо многие именно с оккупацией связывали надежды на процветание свое личное и процветание страны.

И именно в этот момент, который вошел в отечественную историю под именем великой Смуты, благодаря народной инициативе, или, выражаясь современным языком, благодаря акции гражданского общества страна освобождается от внешнего врага, стабилизируется ее политическая система, Россия обретает новое дыхание, становясь поистине многонациональной великой державой. Потому что именно благодаря великой народной победе 1612 года раскрепощается колоссальный потенциал страны, так что буквально через несколько десятилетий наше Отечество выходит к побережью Тихого океана.

Привычный и родной для нас силуэт России на географической карте – государство от моря и до моря – обретает свои основные черты только благодаря тому, что в 1612 году, 4 ноября по новому стилю Москва была освобождена от чужеземцев.

Забыть такое событие истории Отечества — это значит забыть самих себя и своих предков, отвергнуться собственных истоков. А помнить об этом — значит напитываться духовной мудростью и гражданским мужеством предшествующих поколений.

Замечательно, что именно воспоминаемое нами событие положено в основу общенационального праздника, который мы называем Днем народного единства. Потому что никакой другой эпизод нашего прошлого — и это нетрудно доказать — не мог бы с большим духовным, культурным и историческим основанием претендовать на то, чтобы именоваться Днем народного единства.

Я хотел бы особым образом подчеркнуть роль Межрелигиозного совета России, выступившего с инициативой празднования Дня народного единства.
И то обстоятельство, что традиционные религии России совместно предложили современному обществу эту идею, свидетельствует об их общем понимании сути и значения важнейшего события отечественной истории.

Для нас это праздник с особым акцентом на межрелигиозное сотрудничество и межнациональное единение, на значение совместных самоотверженных трудов на благо общего Отечества и во имя его победы, которая имела столь эпохальное значение для будущего России.

Берл Лазар, Главный раввин России, председатель Объединения раввинов стран СНГ:

— Я думаю, исторические факты были весьма подробно представлены. Я же просто постараюсь дать вам понимание того, что это есть для нас, евреев, и, может быть, для других людей новый российский праздник. От себя могу сказать, что, например, для моих детей — это впервые, когда в их жизни появился новый праздник, который объединяет всех людей. Это объединяющий праздник, потому что сегодня в России самая большая проблема и самая необходимость — как найти этот объединяющий фактор, который мог бы не только дать нам понимание того, что мы живем в одной стране, но и что мы все вместе должны решить проблемы, которые волнуют всех нас, в частности, помогать бедным.

Не случайно, наверное, праздник также называется Днем добрых дел. Это как раз, может быть, самое главное, что должно быть в таком празднике, — просто найти путь к другим людям, чтобы все поняли, что самое главное для нас сегодня — объединять наши усилия. Не только потому, что у нас есть общий враг и не только потому, что у нас трудные времена, но я потому, что будущее страны, как только что было сказано, — в единении разных народов, которые живут в ней, в сотрудничестве религий, в объединении для блага России. Поэтому я думаю, что это даже, может быть главный праздник года. Потому что если мы сможем передать подрастающему поколению понимание того, что будущее зависит и от него тоже, от его способности к единению, от того, что мы готовы сделать друг для друга. Это будет лучшим ответом на все попытки нас разделить и уничтожить.

Мы видим, что именно в России зарождается особый подход к очень важным вопросам, который даже можно было бы потом усвоить и в других странах, ибо у нас все традиционные религии уживаются мирно. Это пример того, что люди, воспитанные на различных духовных традициях, в итоге оказываются способны к объединению для блага друг друга и собственного. Мы празднуем День народного единства впервые, и я думаю, что такой праздник может и должен стать доброй традицией.

В этот день в каждой семье, в каждом доме люди должны ждать прихода этого дня и ощущать его как свой праздник, который обязательно будет сопровождаться какими-то особыми традициями и обычаями. Пусть каждый выбирает для себя среди множества возможных добрых дел то, что ему больше подходит. Один будет помогать бедным, другой установит контакты с соседями – главное, что-нибудь сделать для того, чтобы внести свой личный вклад в дело объединения людей, живущих в России. И это наверняка поможет нам в совместном пути к более прекрасному и достойному будущему.

Харис Хазрат Саубянов, заместитель председателя Духовного управления мусульман Европейской части России:

— Новая традиция, я уверен, приживется обязательно. Тем более, что исторический опыт если не подобного празднования, то внутреннего ощущения у нас исторически накоплен. Так было в советский период, когда существовала концепция советского народа как особой общности людей. Ныне же благодаря усилиям и инициативам Межрелигиозного совета России, поддержанным Президентом страны, празднование Дня народного единства будет усиливать чувство общей сопричастности к нашей исторической судьбе, к общности, именуемой российским народом.

Даже бывшие республики Советского Союза благодаря миграционным, геополитическим и иным процессам продолжаю быть достаточно тесно связанными с Россией и тяготеть к ней, невзирая на новые межгосударственные границы, невзирая на ту или иную социально-политическую или экономическую ситуацию в своих странах. В многонациональной России это тяготение издревле было тем фактором, который собирал и объединял народы России.

Какой бы веры и какого бы народа мы ни были, все мы — россияне, граждане нашей страны, мы ее патриоты, мы во все времен были вместе, даже в XVII веке, во время освобождения Отечества от захватчиков-интеревентов, мусульмане из Татарского посада участвовали в штурме Кремля. И в Отечественной войне 1812 года, и в годину Великой Отечественной войны российские мусульмане оставались верны своему Отечеству.

Бытует мнение о том, что у новой России пока нет единой национальной идеи. Нет, она формируется. Национальная идея как таковая присутствует внутри самой этой нации. Вопрос заключается в том, будет ли она распознана, воспринята и поддержана. Именно сейчас, я думаю, ситуация созрела. В инициативе Межрелигиозного совета России, предложившего праздновать День народного единства, один из важнейших компонентов нашей национальной идеи, а именно, фактор национального единения, взаимопонимания и сотрудничества, безусловно, присутствует. Это нужно просто расслышать в праздничном шуме, а отечественным СМИ и государственным органам власти – озаботиться тщательной и выверенной расстановкой социально-политических акцентов нашего нового праздника. Тогда у нас не будет межнациональных и межрелигиозных противостояний, тогда не будет публикаций с нападками на ту или иную религию, тогда не будет утеснения служителей той или иной веры. Я думаю, что будущее — за этой идеей общности российского народа, и это уже сегодня является реальным фактом современной российской жизни.

— Нет ли опасности в том, что новый праздник будет восприниматься с позиций некоей полонофобии?

Митрополит Кирилл:

— Я не думаю, что политическая авантюра польского правительства XVII века, которая завершилась оккупацией Москвы и части России, а также справедливая борьба россиян против этой оккупации способны всколыхнуть в наши дни какие-то антипольские настроения.

Кстати, в польской прессе появляются очень трезвые статьи по этому поводу. И я думаю, что вот подобный трезвый взгляд на это событие окажется господствующим. Потому что можно, конечно, превратно истолковать любое историческое событие, однако все же существует некое объективное прочтение такого рода фактов. И полагаю, что это объективное прочтение снимет любые опасения в отношении каких-либо гипотетических антипольских настроений.

У нас развиваются замечательные отношения с Германией – и это при том, что Россия потеряла более 20 миллионов жизней в Великой Отечественной войне. Можно привести и другие примеры. Я явлюсь правящим архиереем Смоленской епархии, где до сих пор, как в самом городе Смоленске, так и в области, живо вспоминают наполеоновское нашествие. Для абсолютного большинства граждан России это событие — такой исторический плюсквамперфект, который никого уже в наши дни не способен морально травмировать, но вот смоляне доныне говорят об этом весьма серьезно, ибо с нашествием Наполеона связаны разрушение известных памятников культуры, почитаемых храмов, иной ущерб национальному достоянию. Отечественная война 1812 года еще жива в народной памяти, но ведь это вовсе не провоцирует антифранцузских настроений. История есть история, у нее нет сослагательного наклонения. И мы в данном случае, празднуя наш новый праздник, отнюдь не провоцируем тем самым какие-то антипольские настроения, но закладываем замечательную основу для народного единства и для понимания того, что в трудные моменты истории наш народ способен объединиться, чтобы спасти Отечество, спасти самого себя.

— Не получится ли так, что, воздавая должное одному историческому событию, мы отодвинем на задний план другое событие – день 7 ноября. Естественно, будут обиженные. Как найти компромисс? И второе. По данным исследования ВЦИОМ, по сравнению с прошлым годом количество верующих в стране возросло на 6 процентов. Чем это можно объяснить?

Митрополит Кирилл:

— 7 ноября знаменует событие, которое вошло в нашу историю. И я думаю, что Межрелигиозный совет России менее всего руководствовался стремлением предавать забвению реальные исторические события, связанные с жизнью нашего народа, в частности, бороться с праздниками, которые для кого-то продолжают иметь большое значение.

Думаю, Межрелигиозный совет России обратил внимание на отсутствие логики в том, что 7 ноября в современной России стал праздноваться не как день Октябрьской революции, а как День примирения и согласия. Революция, которая разделила наше общество, причем настолько радикально, что последствия этого разделения мы чувствуем до сих пор, по природе своей не может лежать в основе праздника примирения и согласия. Революции всегда разделяют, и через революции никогда не достигается согласие, ибо в этом случае одна элита замещает другую элиту. Следствием революции всегда являются гражданские конфликты.

Поэтому мы не против того, чтобы в истории России 7 ноября было днем, когда люди вспоминают события 1917 года, каждый со своими чувствами, потому что у каждого человека есть, видимо, собственное отношение к этой странице истории. Но мы считаем, что такой день не мог лежать в основе праздника примирения и согласия, не говоря уже о празднике народного единства. Еще раз хочу подчеркнуть, что позиция Межрелигиозного совета России не политизирован, не идеологизирована, она просто логична: если мы хотим иметь День народного единства, то для этого дня нужно избрать иное историческое событие.

Что касается статистики о росте числа верующих, то, знаете, мы, верующие люди, очень скептически относимся к статистике. Во-первых, статистика в нашей стране – и, наверное, не только в нашей – часто бывает весьма идеологизированной. Иногда можно прочитать удивительные вещи и о самих себе, и о наших традиционных конфессиях, например, когда искусственным образом до смешного занижается число верующих или, напротив, до смешного завышается. Религиозная статистика всегда ущербна, ибо невозможно определить того, что происходит в глубине человеческого сердца. Утром еще человек в Бога не верил, но днем прошел диагностику в поликлинике, а вечером отправился в Церковь молиться. Как вы можете описать процессы, происходящие в душе человека?

Я глубоко убежден в том, что абсолютное большинство наших сограждан – верующие люди. Мне иногда приходится встречаться с политиками, с государственными деятелями, которые начинают разговор с того, что говорят: «Знаете, я не верующий». А потом оказывается, что этот неверующий человек имеет огромный личный интерес к вопросам веры. И большая часть нашего разговора оказывается посвящена в первую очередь этим вопросам. И я спрашиваю самого себя: что же это за неверующий человек, для которого вопросы веры являются приоритетными? Вот такие люди гораздо больше, может быть, имеют интереса к религии и ближе к Богу, чем те, кто формально называют себя христианами, мусульманами, иудеями, но не являются практикующими верующими и, к сожалению, не думают о вопросах веры. Все вышесказанное свидетельствует об относительности всякой религиозной статистики.

А вот то, что больше и больше людей внешне проявляют свою религиозность, нас радует. Потому что внешнее и внутреннее составляют единое поле, которое вспахивает человек на протяжении всей своей жизни. И поэтому внешние проявления религиозности тоже очень важны. Человек состоит из души и тела, поэтому внутреннее и внешнее начала его жизни тесным образом переплетены. И весьма отрадно то, что все больше и больше людей сегодня выражают внешним образом свои религиозные убеждения.

— Ваше Высокопреосвященство, повлияет ли празднование Дня национального единства на изменение в настроениях той части Русского зарубежья, которая до сих пор противится сближению с Московским Патриархатом?

Митрополит Кирилл:

— Что касается нового праздника, то он, конечно, будет способствовать объединению, в том числе, полагаю, и в среде русской диаспоры. Потому что события далекого 1612 года одинаково воспринимаются нашим национальным сознанием вне зависимости от того, где люди живут, — в России или за рубежом. Полагаю, что День народного единства может быть действительно таковым в масштабах Отечества, причем не только в его государственных границах, но и везде, где проживает российская эмиграция.

— Кто или что является тем нашим «общим врагом», о котором говорил раввин Берл Лазар? Другими словами, что мешает межконфессиональному межнациональному единству в обществе? И что конкретно религия может предложить для установления мира и единства в обществе, а также возможно ли практически реализовать ее идею?

Митрополит Кирилл:

— Да, действительно, внешний враг или внутренний враг, опасность всегда являются побудительной причиной для солидарности. Это так. Люди объединяются в первую очередь перед лицом опасности. Это происходит на семейном, племенном уровне, на уровне коллектива, общества, государства.

Ну, а если задать вопрос об опасностях и вызовах нашей нынешней жизни, то, я думаю, их перечень можно будет продолжать до бесконечности. Опасности, которые грозят нашему обществу и государству, к сожалению, слишком многочисленны. Я назвал бы в качестве самой главной, первейшей опасности ту, что исходит от самого человека, от его личности.

Мы все страдаем от коррупции, мы все страдаем от инфляции, которая является непосредственным и первым результатом коррупции, царящей в стране. Мы видим, как общество буксует только потому, что люди нечестные, как плохо развивается бизнес только потому, что он не имеет возможности быть прозрачным, видим, с каким трудом люди исполняют законы. Вот все эти проблемы реально бросают вызов экономическому, политическому, социальному развитию страны. Мы же на деле самая богатая страна по природным ресурсам. Мы же действительно одна из ведущих стран в мире по уровню образования. Что нам мешает развиваться? А развиваться нам мешают вот эти общие опасности. И если мы внимательней на эти опасности посмотрим, то обнаружим, что главной причиной эти опасности имеют человеческую личность. Они все имеют глубокую нравственную и духовную основу.

Вот почему мы не перестаем говорить о том, что проблемы, которыми сегодня занимаются традиционные религии, — это совсем не те проблемы, которые нужно рассматривать по «остаточному принципу», это не проблемы, лежащие вне поля реальной общественной жизни. Нет, это проблемы, составляющие самую сердцевину нашей сегодняшней жизни и порождающие те грозные вызовы, которые обрушиваются на нашу страну и с которыми мы боремся. Поэтому сам человек, кризис человеческой личности есть главная проблема. И если мы сумеем воспитать человека, способного исполнять законы, с уважением относиться к жизни, к природе, к окружающим его людям, если мы воспитаем человека, способного к солидарности с другими, то мы изменим лицо России.

И дай Бог, чтобы День народного единства послужил толчком к такому развитию. Сам по себе день праздника ничего не может ни прибавить, ни убавить, его можно в пьянстве провести, в каком-нибудь диком загуле, можно вообще ни о чем не думать в этот день. Или можно, как уже было сказано, собраться семьей и подумать о серьезных вещах, задать самим себе критические вопросы, задать вопросы обществу. Этот день может действительно стать очень важным фактором консолидации людей, действенным средством духовного и нравственного воспитания, особенно подрастающего поколения.

Вот почему Межрелигиозный Совет России выступил с другим предложением. Мы думали о том, как нужно праздновать тот день. Конечно, есть разные модели и форматы торжеств: и парады, и демонстрации, и народные гулянья. Понятно, что праздник должен сопровождаться весельем, на то он и праздник. Но в центре всего в этот день должно быть некое действие человека. И вот мы призвали к тому, чтобы этим действием стало доброделание, сотворение добра.

Добрые дела важны не только потому, что они приносят реальный плод тем, кто страдают, нуждаются в помощи и поддержке, не имеет средств к существованию. Добрые дела в первую очередь изменяют самого человека, совершающего доброе дело. Доброе дело — это как меч обоюдоострый, он обращен и в ту, и в другую стороны, он действует благотворно, отсекая болезненные эгоистические составляющие нашего духовного организма. А доброе дело способно излечить человеческую душу. И без добрых дел мы не двинемся вперед. Вот почему этот праздник мы хотели бы наполнить добрыми делами и призвали к этому общество. Мы рады, что этот нравственный посыл религиозных деятелей России был воспринят и подхвачен властями, общественностью, простыми людьми. Дай бог, чтобы так и совершилось, чтобы празднование 4 ноября сопровождалось добрыми делами, служа напоминанием всем нам о важности творить добро.

— В последнее время вновь муссируется тема выноса из Мавзолея тела Ленина и погребения его по установленному обычаю, то есть предание земле. Как Межрелигиозный совет России мог бы прокомментировать эту проблему, которая взволновала не только коммунистов, но и людей, просто интересующихся подобными вопросами.

Митрополит Кирилл:

— С точки зрения христианской, как и с точки зрения иудейской, и равным образом с точки зрения мусульманской, каждый умерший должен быть захоронен. Это общая религиозная традиция, восходящая к Ветхому завету. И никаких других комментариев быть не может.

Что касается истории с перезахоронением тела Ленина, то она очень и очень политизирована, и сама возможность такого перезахоронения воспринимается многими людьми чрезвычайно драматично. Поэтому, как многие другие люди, я просто хотел бы задать вопрос: являются ли 2005 или 2006 годы правильным временем для того, чтобы это сделать? Повторяю, что здесь с религиозной точки зрения нет никакой проблемы, но вот с точки зрения политического подхода к теме здесь нужно подумать.

Я полагаю, что нужно делать все так, чтобы консолидировать общество, а не разрушать его единство. Поэтому требуется политический анализ, требуются консультации с основными политическими силами страны. Если нужно, то, наверное, может быть даже референдум проведен. Но в любом случае надо действовать так, чтобы не нагнетать политических страстей. Наше общество переутомлено конфликтами. И все предпринимаемые действия должны способствовать, как уже говорилось, примирению людей, а не возбуждению новых конфликтов и созиданию новых трудностей. Но закончить я все-таки хотел бы напоминанием о том, что у традиционных религий России нет разномыслия в вопросе о том, как в принципе следует поступить с останками Ульянова-Ленина.